Развитие средств массовой информации и связи

С первых дней своего существования и до сегодняшнего времени село Новые Булгары из-за своего островного положения испытывает трудности в сообщении с другими селами, райцентром и Астраханью. В условиях естественной изоляции были важны средства массовой информации и пропаганды, самым важным из которых было кино. Не зря Ленин называл кино самым важным видом искусства.


Видимо, первый показ кинофильма в селе относится к 1938 году, когда здание сельской мечети было перестроено под клуб. Первые кинофильмы не имели звука и на татарский лад назывались «нямо́й кино́», «тума́нный картина́». А переносной киноаппарат назывался «Украина».

Арсланов Исмагиль Ибрагимович 1926 г.р.: «Киномеханик (видимо, Соколов Виталий Яковлевич, живший в низовом селе Чулпан – Ш.К.) привозил в село фильм в круглых коробках и киноаппарат. Он крутил его за ручку, одновременно вырабатывая то для осветительной лампы. Иногда за бесплатный просмотр фильма ручку крутили дети постарше. Так как большинство зрителей плохо понимало русский язык, а остальные совсем плохо, то субтитры часто читал и переводил заведующий начальной школой Абдуллин Галяу».

Яваев Хусаин 1869 года рождения, впервые посмотрев кино, вернулся домой в сильнейшем возбуждении. Он долго не мог успокоиться и все повторял жене: «На стене на куске бязи скачут лошади, ходят люди! Я отвернул материю, но за ней не обнаружил ни людей, ни лошадей. Ахары заман җитә! Валлахи! Ахыры заман! (наступает конец света)»

В 1940 году сельчан повезли в Икряное на первый просмотр звукового фильма «Чапаев». Реквизированное у Шайхутдина Шамсутдинова небольшое деревянное судно «Тукай» с мотором в шесть лошадиных сил буксировало дощаник с пассажирами. Во время демонстрации фильма некоторые подходили к репродуктору, из которого доносился звук, и гадали, как же в нем уместился этот русский чтец. С этих пор в нашем клубе фильм «Чапаев» демонстрировали еще несколько десятилетий, и всякий раз зал бывал полон. Название же фильма сельчане произносили с удвоенной буквой «п» – «Чаппаев».

Соколова забрали на фронт. Абдульманова Асия Абубакаровна 1931 г.р.: «Во время войны кинофильмы привозил высокий мужчина. Его почему-то звали Тамарой. Он переезжал на перевозе, на котором работал Салимжан Ахунжанович Измаилов 1879 года рождения. Билет на сеанс стоил 20 копеек. Так как у нас не было денег, то мы старались попасть в кино без него. Мальчики помогали нам перебраться через забор, который отстоял от западной стены клуба на пять метров. Длина забора равнялась длине самого здания клуба. Билеты проверялись при проходе через калитку, затем зрители свободно проходили в зал через две открытые двери.

Тамара вешал на стену белую материю и начинал вращать киноаппарат. Мы, кто прошел в зал без билета, устраивались в передних рядах. Названий фильмов я уже не помню, только знаю, что часто привозили фильмы про Тарзана. Перед фильмом обязательно показывали киножурналы, рассказывающие о положении на фронтах и успехах наших войск».

Валиуллина Файруза Зиятдиновна 1934 г.р.: «Во время войны высокого роста киномеханик вешал простыню на стену бани, которая за клубом стояла у самого берегового вала. Дети смотрели фильм сидя на дерне (тат. чирәм), росшего в пределах нынешнего парка. Идя в кино, мы говорили, чирәмгә барабыз – идем на травку. Взрослые смотрели кино в клубе. Из наиболее ранних фильмов, которые я смотрела в нашем клубе, были “Сказание о земле Сибирской” и “Свинарка и пастух”.

Джумакаева Нажия Хусаиновна 1930 г.р.: «Во время войны смотреть фильмы ходили всем селом. Часто показывали военные фильмы. Я хорошо запомнила фильм «Радуга». Порой в зале не хватало мест, поэтому некоторые зрители сидели на полу перед первым рядом скамеек.

Наиболее опасным для села был 1942 год. В клубе показывали кинохронику о боях на разных фронтах, и ни разу не было сведений о том, немцы находятся совсем недалеко от нашего села в калмыцких степях, и что они уже заняли Элисту, а бои идут у Улан Хола.

В те годы даже мы, дети, знали опасность распространения любой негативной информации о вожде, власти коммунистов. Во время просмотра фильмов мы боялись смеяться громко и, оглядываясь с опаской, прикрывали ладонью рот. А если рассказывали друг другу анекдоты, то только на ушко».

Нурмухамедова Франгиза Хасановна.: «Во время войны, наряду со звуковыми фильмами, все еще привозили немое кино. Помню, что денег на билеты у мамы никогда не было. Но в клуб можно было попасть через подвал и люк на сцене. С помощью мальчишек я несколько раз попадала в зал и устраивалась на полу перед первым рядом скамеек, вместе с самыми маленькими зрителями, которым плохо было видно со скамеек. Когда чтеца в зале не оказывалось, то мало кто из зрителей успевал прочесть субтитры – хорошо читающих по-русски было мало».

Соколов вернулся с войны покалеченный, заметно хромал, но продолжал обслуживать много сел, поэтому к нам приезжал изредка. В теплое время для детских сеансов продолжал вешать на стене колхозной бани бязевый экран. Двигатель его лодки уже был приспособлен для выработки тока. Взрослые смотрели кино в клубе. В зале была специальная тренога, на который он устанавливал киноаппарат. Незакрепленный, он с грохотом часто падал на пол. На первых порах зрители вздрагивали от неожиданности, но потом привыкли. Позже треногу сменил обычный стол».

Бессменной уборчищей и истопницей в клубе была Яппарова Камарнур апа. Несколько десятилетий эта хрупкая женщина, потерявшая на фронте мужа и воспитывавшая пятерых детей, совмещала эту работу с обязанностями почтальона. Тесные ряды скамеек, затем до двухсот стульев, не закрепленных между собой, мешали подметать или мыть полы. Особенно она возмущалась тем, что некоторые женщины грызли семечки, сплевывая шелуху на пол. Сколько бы она не скандалила, наиболее неисправимая тройка зрительниц продолжала сорить в клубе. Камарнур апа топила камышом и две огромные печи, одна из которых закрывала экран части зрителей.

После войны во время летних каникул в нашей школе в течение семи лет работал пионерский лагерь. Для отдыхающих привозили фильмы. Киномеханик вешал на стене школы простыню, служившей экраном. Некоторые местные мальчишки, в том числе Мусаев Рафик, живший рядом со школой, смотрели фильм, так как крутили ручку киноаппарата. В это время немых кинокартин уже не привозили.

Соколова сменили два неразлучных киномеханика, из Бахтемира, два Володи, – Клещеев и Однобоков. В зале уже был поставлен усовершенствованный киноаппарат ПП16- 4 «Украина», так же работавший от электричества. Ток вырабатывался трехсильным двигателем с генератором. Небольшое помещение для мотора было построено у самого вала.

Мы дети, любившие фильмы про войну, часто спрашивали: – “Дядя Володя! Кино воюнный?” – Даже если фильм был не про войну, любой из них с неизменной улыбкой отвечал: – «Воюнный, воюнный!»

Копии фильмов были очень дорогими, поэтому киномеханики, перевозившие их через Волгу во время неустойчивого льда, постоянно рисковали упустить их под воду или лед. Так оно и случилось. Клещеев и Однобоков были осуждены на пять лет заключения каждый, но через полтора года по амнистии вернулись к своим обязанностям.

Для непрерывной демонстрации фильма нужны были два аппарата, но в 50-е годы это было роскошью, поэтому кино показывали одним аппаратом КН. После окончания каждой части в зале включали свет, и киномеханик перезаряжал аппарат. Когда дети вели себя слишком шумно, киномеханики пытались успокоить их, а порой включали свет в зале и громко ругались.

Обычно фильм состоял из девяти или десяти частей и шел полтора часа. Некоторые состояли из восьми частей, что сильно расстраивало зрителей. Каждая часть, называемая нами фәрдә́ – (пәрдә́ – «занавес», в значении часть), была уложена в круглую коробку блестящей жести. Редко частей бывало одиннадцать. Из двенадцати частей состоял фильм «Весна», в котором играл популярный артист Черкасов. Мы были несказанно двухчасовой продолжительности фильма.

При этих неразлучных киномеханиках к южной стене клуба пристроили кинобудку и установили в ней два киноаппарата. Теперь шум работающих аппаратов меньше мешал зрителями.

Сиражетдинов Гайнан Курбангалиевич 1945 г.р.: «Смешной случай произошел при показе фильма «Микола-паровоз». Около колхозной электростанции, расположенной рядом с детским садом, в то время называемым детской площадкой, подожгли разлитый на земле мазут. Кто-то из жителей, в темноте приняв пламя и дым за пожар, крикнул в фойе клуба: – «Пожар!» В это время я был в кинобудке рядом с Клещеевым, который учил меня обращению с киноаппаратом. Неожиданно мы заметили, что свет в зале включен, фильм идет, но его никто не смотрит: люди кричат, толкаются, перепрыгивают через опрокинутые стулья, скамейки, в дверях образовалась давка, а кузнец Шамгунов Нигмат венским стулом выбивает окно. Толстые длинные крючки двух запасных двустворчатых дверей не успели откинуть из-за того, что на них напирали зрители. Ничего не понимающий киномеханик смотрит то в зал, то оглядывается на меня и все повторяет: – «Все татары сошли с ума!» Наконец зал опустел. Зрители, разобравшись в ситуации, со смехом зашли в клуб и досмотрели фильм».

Необходимо отметить любопытную деталь, характерную для тех лет. Первоначально фильм показывали в Бахтемире, поэтому киномеханики знали его содержание. Вполне понятно, что в фильмах тех лет совершенно не было постельных сцен. Но, «крутя» его детям в нашем клубе, они закрывали объектив в тот момент, когда герои фильма целовались. Наивные попытки соблюдения целомудрия маленьких зрителей были обычным явлением. Если же киномеханики пропускали интимную сцену, дети постарше кричали «чуш, чуш!» (чушь), громко свистели.

Если же демонстрация прерывалась из-за обрыва пленки, то в зале с удовольствием кричали: «сапожник!» Интересна этимология этого слова. По словам самих киномехаников, демонстраторы первых немых фильмов, не умея склеивать оборванные ленты, несли их сшивать к сапожнику. Во времена нашего детства склеивание концов порванной кинопленки ацетоном занимало некоторое время. Порой пленку не склеивали, а оставшуюся ее часть просто не показывали, быстро включив второй аппарат с заряженной следующей частью фильма. Иногда зрителям не показывали одну из частей фильма. Люди в зале возмущались: – «Орладылар!», то есть украли.

В 50-е годы наибольшей популярностью пользовались фильмы про войну. В них наши всегда побеждали. Когда нас спрашивали «кино яхшы булдымы?» – хорошая ли была кинокартина, то мы, как само собой разумеющееся, отвечали: – Безнекеләр җиңде! – «Наши победили!»

Супруги Хакимовы часто спрашивали у детей, возвращающихся из клуба, какой сегодня показывали фильм, «жизненный или про войну». Если фильм был про войну, то в клуб шел муж Хасан. «Жизненный кино» смотрела жена Нафиса.

Реже привозили дублированные фильмы на татарском языке. Их было больше двадцати. На эти фильмы приходило все село. Зрительный зал на двести мест бывал не просто полным, а переполненным. Смотреть на невиданное кино на родном языке приходили со своими табуретками даже старушки. Наиболее запомнившийся фильм на татарском назывался «ЧП», в котором главную роль играл Вячеслав Тихонов. С удовольствием мы ходили смотреть дублированные фильмы «Девушка без адреса», «Весна на заречной улице». В этих фильмах нам нравилось исполнение песен на татарском языке.

Большой популярностью пользовались и индийские фильмы. Наивно поставленные, они вполне отвечали духовным запросам зрителей тех лет, и, как правило, длились два раза дольше. Поэтому билеты, как и на любые двухсерийные фильмы, стоили в два раза дороже – сорок копеек для взрослых и десять копеек для детей. При демонстрации индийских фильмов в зале не хватало места. Многие приносили с собой табуретки и сидели в боковых проходах, между сценой и первым рядом сидений. Эти кассовые фильмы, считавшиеся «жизненными», были трагическими и сопровождались неизменными танцами и песнями. Зрители непременно плакали. Наше поколение помнит названия наиболее популярных из них. Ранние из них назывались «Бродяга», «Господин 420», в которых главную роль играл знаменитый на весь мир актер Радж Капур. Кстати, Кабир Измаилов второй фильм называл «Господин 24». Позже не раз привозили фильмы «Любовь в Кашмире», «Любовь в Симле», «Зита и Гита».

Фильмы демонстрировались не каждый день. Детские еще реже – иногда один раз в неделю. Мы мечтали скорее повзрослеть, чтобы ходить на вечерние киносеансы. Иногда нам удавалось попасть на вечерний сеанс.

В те времена наиболее кассовые фильмы районный отдел кинофикации представлял киноустановкам крупных сел и чаще всего только на один день. Но находчивые киномеханики, желая перевыполнить план и получить премию, показывали фильм одновременно в обоих селах. Если в Бахтемире Однобоков Володя начинал демонстрацию в половине девятого вечера, то Володя Клещеев в нашем селе на полчаса позже. Зрителей нашего села предупреждали о возможных перерывах в демонстрации. Как правило, каждая часть длилась от восьми до десяти минут. Первые три части фильма, показанные в Бахтемире, в наше село на лодке перевозили добровольцы из подростков и сразу уезжали за следующими тремя. В течение всего сеанса таких поездок через Волгу бывало три. Иногда фильм прерывался минут на десять, но зрители почти не возмущались. Зимой по льду части фильма доставлялись и в две ходки. Тем не менее, на общем собрании, состоявшегося 27 февраля 1957 года, колхозники выразили недовольство «показом одного кино в двух местах», так как «киномеханики не успевают переезжать». Так же были претензии к тому, что «не бывает кино на татарском языке, а детские киносеансы очень редки».

Чтобы чаще смотреть кино, наши парни ездили в Бахтемир. При этом они часто угоняли чужие лодки, перевоз. Если замок прикованной к мостку лодки не удавалось открыть или сломать, то поступали очень даже просто – грузили мосток в лодку и переезжали вместе с ним на другой берег. Иногда зрители переезжали на ту строну последним рейсом перевоза и обратно переезжали угнанной лодке. Как правило, рано утром хозяин находил свою лодку на нашем берегу.

Наиболее желанными были дни, когда в колхозе проходили годовые отчетные собрания. Обычно это случалось в январе или начале февраля. Собрание могло длиться до трех дней. По его окончании в клубе показывали фильм, иногда и два, оплаченные колхозом. Если собрание заканчивалось днем, то «бесплатный кино» смотрели и дети. Если это случалось в полночь или за полночь, то зрители смотрели фильм до двух часов ночи и даже четырех часов утра.

В 1958 году на отчетном собрании колхозники вынесли решение построить летнюю киноплощадку. Летний кинозал (летний клуб) построили колхозные плотники Мухаммадьяр Хусаинов и Исхак Байгельдиев, Заведующий клубом Алдык Юсупов соорудил на территории парка первую в селе спортивную площадку. Здесь были кольца, шест и канат для лазания. Им же была построена круглая танцевальная площадка, вокруг которой были высажены цветы.

Если до этого сельская молодежь собиралась на вечера, на которых звучала только татарская музыка, то теперь чаще звучали русские танцевальные мелодии, а для усиления звука проигрыватель подсоединяли к аппаратуре в кинобудке. В 1958 году сельская молодежь лихо танцевала вальс и кадриль. Такие мероприятия теперь назывались не вечерами, как прежде, а танцами.

Не всегда киномеханик соглашался представлять для проведения танцев усилитель звука, так как за это ему не платили никаких денег, да и домой он возвращался позже обычного. Тогда приглашали кого-либо из гармонистов. Ими были Абдуллин Ильдар, Нурмухамедов Рафик, Измаиловы Кабир и Басыр. В начале мая 1959 года на субботнике при клубе были высажены саженцы вяза. Парни выкапывали саженцы на небольшой лесополосе, называемой нами Акация, так как там росли и акации. Парк был огорожен по всему периметру. Деревья поливались прямо из Волги.

В 60-х годах некоторые подростки из нашего села стали учиться в городе Батайск Ростовской области на киномеханика. Первым девятимесячные курсы киномехаников закончил Рафаэль Усманов, который в 1964 году сменил Клещеева и Однобокова. Затем на киномехаников учились Гайнан Халитов, Анвар Измаилов, в 1964-65 годах Гайнан Сиражетдинов и Равиль Яппаров, последним был Халит Фралиев. С 1967 до самого закрытия киноустановки в 2009 году киномехаником бессменно работал Равиль Галиакбарович Яппаров.

Все ребята, окончившие батайское училище, поочередно по два человека работали киномеханиками в море на плавучей базе “Каспий”. Их заработная плата вместо обычных 60 рублей составляла 101 рубль, к тому же им выплачивали 30 рублей на так называемый колпит – коллективное питание в столовой базы. К тому же в магазине плавбазы продавались дефицитные товары.

Сама плавучая база стояла в бухте Пирсагат в ста километрах от Баку. Она размерами 100 на 30 метров служила местом засолки кильки. Сейнеры привозили сюда выловленную рыбу, команды засаливали ее в ящиках, которых другие суда – логгеры отвозили торговым организациям. Так как круглосуточно на базе разгружалось не менее трех судов одновременно, то количество людей, включая саму команду базы из 104 человек, бывало большим. Для них имелся кинозал, в котором показывали кинофильмы, привозимые из Баку. После того, как киномеханикии из нашего села отрабатывали здесь достаточное время, их направляли на киноустановки нашего района. Это в селах Краса, Чулпан, Маячное и другие.

Во второй половине 60-х годов в некоторых крупных населенных пунктах района установили киноаппараты, для демонстрации появившихся широкоэкранных фильмов, которых посещало наибольшее количество зрителей. Мусаев Рафик Касимович 1938 г.р. «В 1968 году, будучи секретарем комсомольской организации колхоза, я ходатайствовал перед райкомом КПСС и руководителем районного отдела кинофикации Рябухиным Александром Ивановичем о демонстрации в наших двух соседних селах широкоэкранного кино. Моя просьба была удовлетворена. К киноаппаратам КН12 двух соседних сел выделили две анаморфотные насадки – редкость по тем временам. К нам их привозили вместе с широкоформатными фильмами. О предстоящей демонстрации широкоэкранного фильма через радиоузел объявляли заранее. Автор помнит и содержание: – «Сегодня в клубе состоится широкоэкранный цветной фильм…». Позже в клуб поступили более современные киноаппараты, в комплект которых входили широкоформатные объективы».

Начиная с 90-х годов цветные, а позже и жидкокристаллические телевизоры с большими экранами стали составлять серьезную конкуренцию киноустановке, поэтому в 2009 году фильмы в клубе перестали показывать, а сама киноустановка окончательно была ликвидирована через два года, в 2011 году.

Телефонного сообщения в селе не было до послевоенных времен. Все необходимые сведения доставлялсь в райцентр и обратно самими работниками сельского совета или правления колхоза имени Вахитова. Телефонное сообщение с внешним миром появилось только после войны. По одному телефонному аппарату установили в сельском совете и правлении колхоза. Эти учреждения были не только надеждой в поисках справедливости, но пугающими данной им властью. Ведь в них зачастую решалась судьба колхозника. Поэтому вызов провинившегося в сельский совет или правление колхоза порой мог иметь страшные последствия. Не случайно в те времена на слуху были полушутливое словосочетание “сесовет–правленни”. А куплет, сочиненный в тридцатые года самодеятельным поэтом Муртазином Абдуллажаном, до сих пор напоминает об этом.

Әй урладың, урладың.
Урлаганда җырладың.
Сельсоветка чакыртканада
Артка чыгып еладың.

Столь важным телефонным аппаратом пользовались люди из руководства колхоза и сельского совета, неплохо владевшие русским языком и облеченные всесильной властью, поэтому рядовые колхозники тех лет с начальным образованием или без него, никогда не говорившие по телефону, до конца жизни испытывали робость перед этим черным предметом и собеседником на другом конце провода.

Так продолжалось до конца 60-х годов. В 1969 году при председателе колхоза Ижбердиеве Рашите Якубовиче в здании сельской почты, в котором раньше размещалась сельская библиотека, была установлена автоматическая телефонная станция (АТС) на 50 номеров. Жители села впервые стали пользоваться домашними телефонами и получили возможность звонить из дома в Астрахань и другие города. Но в развальные 90-е годы количество телефонных аппаратов уменьшилось до десяти. И только в 2000 году в селе были проведены новые телефонные линии. Число стационарных домашних телефонов, уменьшившееся до десятка, вновь увеличилось и достигло 80

В 80-х годах при председателе Халитове Руслане Наримановиче колхоз приобрел для специалистов радиотелефоны. Но эти аппараты имели недостаточный радиус действия. Нередко их владельцам приходилось подниматься на бугры, чтобы связаться с нужным человеком. Позывным для всех было слова «зимородок один», «зимородок два» и т.д. Очень скоро эти ненадежные аппараты вышли из употребления.

Время использования в селе нового средства сообщения – пейджера был короток. В 2001 году первый пейджер появился у моей дочери Мадины, работавшей оператором пейджинговой компании в Астрахани. Примерно через два года пейджеров вытеснили более удобные мобильные телефоны.

В 2001 году первый мобильный телефон приобрел владелец частного магазина Ибрагимов Ибрагим, а второй – колхоз. Через несколько лет мобильная связь стала обычным явлением, хотя у автора мобильник появился сравнительно поздно – в 2006 году. Одновременно сохранялись и стационарные телефоны. Лет десять тому назад телефонный кабель по дну реки был сменен ретрансляционной вышкой. На валу напротив сельской школы установили невысокую вышку, которая и сегодня принимает и передает сигналы мобильной связи, интернета и стационарных телефонов, число которых вновь уменьшилось до десятка. Они сегодня работают в школе, сельском совете, местном доме культуры, и еще у пяти-шести владельцев. По этой причине для их обслуживания сохраняется и АТС.

Теперь о журналах и газетах. Согласно архивным документам в 1921 году сельчане получали по подписке два экземпляра, видимо, журнала “Коммунист”, шестнадцать экземпляров газеты “Правда” и два экземпляра газеты “Известия”.

Что касается радиоприемников, то первый известный в селе радиоприемник принадлежал Абдуллину Галяу, заведующему начальной школой, репрессированного в 1937 году. Одним из пунктов его обвинения было наличие радиоприемника, посредством которого он “слушал вражеские голоса”. Второй радиоприемник “Родина” был в правлении колхоза. В первый день войны с проплывающих пароходов кричали о том, что Германия напала на Советский Союз.

Радио же в домах сельчан появилось еще до войны. По словам старожила Сайфутдинова Халита Хадживалитовича, в полдень 22 июня 1941 года люди собрались у клуба, на крыше которого был установлен громкоговоритель в виде черной тарелки с картонным диффузором. Выступивший с обращением к советскому народу Молотов закончил свою речь соловами “Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами!”

О наличии в селе радио перед войной помнят старожилы Усманова Рузалия Сафиуллаевна и Мульяминова Суфия Мустакимовна. Валиуллина Файруза Зятдиновна 1933 г.р.: ”Я помню, что о начале войны я услышала по радио. Оно в форме черной тарелки висело над местом, где я спала”. Те, у кого дома радио не было установлено, ждали вечера, когда в 9 часов в правлении колхоза включили радиоприемник, чтобы самим услышать сообщение о начале войны.

Радиоузел

Радиоузел

Сегодняшние старожилы не помнят, где до войны располагался радиоузел, но знают, что в послевоенное время от проводов радио на столбах остались только обрывки. Вновь село было радиофицировано в начале 50-х годов.

Хамзин Владимир Рахимжанович 1939 г.р.: “В начале 50-х годов радио в селе провел присланный радист. Первоначально радист жил в самом радиоузле, построенном на валу напротив семилетней школы. Носил он модную в те времена шапку кубанку. Имя его не сохранилось. Этого светлого человека и сегодня знают как Сары урыс – желтый русский. Вместе с подростком Адельшиным Рафиком Хасановичем он протянул провода радио по электрическим столбам. По ныне смытой рекой короткой прибрежной улице ниже семафорной вышки, на месте которых ныне укрепленный берег, электрических столбов не было. Изолировнный провод радист закапывал в землю. Чтобы не допустить отсырения контактов, места соединения проводов заключал в стекляные бутылки с отбитым дном. Он выводил провод на поверхность у дома. Впервые услышанное в доме радио вызывало у их владельцев сложные чувства. Это было чудо, говорящее на не очень понятном для татарского уха русском языке. В начале 50-х годов мало кто их жителей критически относился к коммунистической пропаганде, поэтому для новобулгаринцев, практически не выезжающих из села дальше областного центра, радио являлось мощным средством воздействия на их сознание”.

Тулегенова Рауза Абдрашовна 1939 г.р.: “В 1959 году радистом работал парень по имени Женя. Он был моим ровесником. Мы, двадцатилетние девушки с Казахского бугра, росшие вместе с русскими детьми и неплохо говорившие на их языке, общались с Женей свободно. У радиоузла напротив школы имелась ровная площадка, а на столбе висело радио с черным картонным диффузором. Иногда по вечерам Женя устраивал танцы под пластинки. У радиоузла сбиралось много парней и девчат”.

Сиражетдинов Ш.К. 5.09.2014. “В детстве я намотал изолированную медную проволоку на магнит, поместил его в жестяную коробку из-под зубного порошка, а на крышке пробил несколько отверстий. Включив свой “аппарат” в розетку радио услышал негромкую речь, достаточную для того, чтобы приложив коробку к уху слушать радио. Я был неимоверно горд своим изобретением”.

Мусаев Рафик Касимович 1938 г.р.

“Домик радиоузла был построен на месте разобранной колхозной мельницы, которая была памятна тем, что вращающиеся жернова прихватили варежку, а затем и руку школьника Саяра Вагапова. Так Саяр потерял руку по самую локоть. Линию радио провели осенью 1953 года. Радист, прозванный нами Куян – заяц жил на южном конце села Бахтемира, рядом с Шариповыми и Курбаньязовыми. Чтобы магнитное поле, создаваемое электрическими провдами не искажало радосигналы, провода радио крепили на полотора метр ниже. Нам, пацанам, с любопытством наблюдавшим, за этим, радист объяснял, что после установки радиоточек в домах, он повесит на столб у радиоузла тарелку, которая будет говорить. Своим детским умом мы не понимали, что на профессиональном языке радиста тарелка, это плоское круглое радио, а не обычная тарелка для супа. Но слова радиста развесили нас, так как нам, в отличие от него, было понятно, что фаянсовая тарелка говорить никак не может. Установленное на столб радио действительно имело форму тарелки с черным картонным диффузором. А радиостанцию электричеством обеспечивал шестисильный бензиновый двигатель марки Л6, установленный в маленьком помещении с северной стороны помещения.

Уехавшего радиста на время сменил его ученик Адельшин Рафик. Вскоре прислали невысокую русскую девушку по имени Саша, которую сменил Умурзак Джаппаров. Как–то пьяные разговоры собравшихся в радиоузле мужчин, по ошибке были транслированы в село. Некоторое время радистом работал и Зиннатулла Абдуллаевич Бакиев.

С увеличением числа радиоточек появилась потребность постоянной работы радиоузла, а с возросшим количеством телевизоров, необходимость их ремонтировать. В 1965 году колхоз направил меня на учебу в радиотехническое училище. К этому времени я был женат, закончил в Бахтемире вечернюю среднюю школу. В 1967 году, вернувшись в село с дипломом радиотелемастера, стал работать в колхозном радиоузле.

Радиоаппаратура установленная в радиоузле была марки Ту-100. Она была оснащена чувствительным студийным микрофоном, проигрывателем для пластинок. Такой аппаратурой оснащались туристические теплоходы. Но прежде чем приступить к работе, мне пришлось отремонтировать половину агрегатов аппарата. С помощью матери Ажархан и жены-учительницы Венеры радиоузел был обмазан и побелен изнутри и снаружи. Женщины повесили на окнах и занавески.

На линии обнаружилось множество замыканий и окислений контактов. Я отключил южную часть села и на северной половине села проверил вводы в дома и сами радио. У пяти человек радио работало без трансформатора, что означало замыкание проводов и потерю мощности. После полного ремонта линии амперметр стал реагировать на напряжение. То же самое проделал и на другой части села, выявив еще два нарушения. Меня спрашивали, как я догадался о неисправности радио. Я соврал, что у меня в радиоузле от каждой радиоточки есть датчик, который загорается при неисправности.

Работал я «от гимна до гимна». Это означало, что я включал аппаратуру около семи часов утра, когда играл государственный гимн и выключал ровно в полночь после его исполнения. Но партийный организатор попросил меня приходить на работу на час раньше. Я начинал подготовку с шести часов утра, чтобы в половине седьмого начать трансляцию ежедневного утреннего концерта для тружеников сельского хозяйства.

За работу радиста колхоз платил мне 60 рублей. Кроме того за дополнительную плату я исполнял и другие обязанности. Я получал десять рублей за то, что через микрофон транслировал татарские мелодии, которые сам играл на двухрядной гармони. По пять рублей мне платили и за выполнение обязанностей пожарника и электрика. Иногда я заменял мотористов, качающих воду на поля.

Так же я транслировал игру самого замечательного в истории села исполнителя Нурмухамедова Рафика. Как-то парни поспорили, кто только что играл по радио, Рафик Нурмухамедов или Рафик Мусаев? В это время я подошел к ним с гармошкой под мышкой. Проспоривший не поверил в то, что играл я, и спросил: – «А ты не запер Нурмухамедова в радиоузле?» Я подвел ребят к радиоузлу, открыл его ключом и, распахнув дверь, сказал «Смотрите! Нет тут никого!»

Как то в 1967 году бригадир колхоза Бакиев Зиннатулла посетовал на то, что не успел записать на магнитофон мою игру по радио. Оказалось, что он был не только обладателем первого в селе личного телевизора, но приобрел и самый первый магнитофон. Кстати, про существование магнитофона жители знали еще в начале 50-х годов. Отец автора Курбангали, прослушав выступление Сталина по радио, сказал: – «Настолько Сталин велик, что даже его кашель записывается».

Для вещания на улицу я выпросил во вторчермете три неисравных алюминиевых громкоговорителя в форме колокола, и, перемотав обмотку, собрал из них один работающий. Положил колокол на землю, подсоединил его к линиии и пригласил в радиоузел Кабира Измаилова вместе с саратовской гармонью. Громкая татарская мелодия, впервые зазвучавшая на все село, подняла все население. Люди вскочили на улицу из ближних домов, пытаясь понять, что это за свадьба. Бабушки, увидев на земле громко заучащий колокол, говорили, что в него вселился черт – “җен кергән”.

Колокол, повешенный на столбе у радиоузла, звучал настолько громко, что жительница Бахтемира Галя Попова, жившая на противоположном берегу реки, пожаловалось в сельский совет. После этого я установил колокол на крыше клуба. Так как скандальной женщине не понравилось и это, то мне пришлось повесить колокол на территории механических мастерских, которые мы называли гаражом.

Зимой 1967 года в село с концертом приехал самый известный певец Илхам Шакиров. Так как лед на реке был очень плохим, то из всей концертной бригады перейти Волгу решился только Илхам и его аккампаниотор. Трое ребят провели их по льдинам при помощи трапов. Я принес в клуб свою аппаратуру и транслировал концерт на все село. Все те, кто не смог попасть в клуб, слушали концерт по радио.

В 1968 году на целый год я переключился на игру на мандолине, которую выпросил у Галимовой Галимы. На этом инструменте некогда играл его сын Шакир, погибший на фронте. Самостоятельно освоив этот струнный инструмент, я играл на ней как танцевальные мелодии, так и песни. Так же выпросил у жителей патефонные пластинки и транслировал по радио татарские песни и танцы.

Вскоре после моего ухода с работы осенью 1968 года радиоаппаратула сгорела и не подлежала восстановлению. По дну реки был проложен кабель и сельская радиосеть перешла в обслуживание райцентра.

11 февраля 1969 года я стал работать в Икряном мастером по ремонту радио и телевизоров, в том числе цветных. Колхозная партийная организация, желая оставить меня в селе мастером по обслуживанию радиолиний и ремонта телевизоров, решила меня не увольнять. За неподчинение меня исключили из партии, но районный комитет партии не утвердил это решение, так как к этому времени я уже был назначен заведующим Икрянинским филиалом областной организации под названием облтелерадиобыттехника». Работая заведующим, я полгода учился на воскресных курсах по ремноту цветных телевизоров, которые появились в продаже.

Яппаров Равиль Галиакбарович 1941 г.р.: “Осенью 1968 года, будучи киномехаником, я стал работать и радистом. Колхоз платил мне 45 рублей, в то в ремя как киномеханик я получал 62 рубля. Елси раньше по радио часто читали объявления, то я этого уже почти не не делал. Учителя школы читали лекции по микрофону. Я зачитывал только объявления о предстоящих кинофильмах, в чем был заинтересовансам. Если кинофильм был цветным, а позже и широкоформатным, то я обязательно напоминал об этом.

Я включал радиотрансляцию в шесть часов утра. Через час я уходил домой. В десять часов приходил вновь и затапливал очаг, совмещенный с печью. Избушка радиоузла тепло держала плохо, так как дверь закрывалась неплотно, все три окна были с одиннарными стеклами. Находился я в радиоузле до полудня. Трансляцию заканчивал в полночь.

Нередко мне приходилось чинить линию. Чаще всего окислялсь места соединения алюминиевой проволоки с медными вводами в дома. Я выявлял места окисления, подключая наушники в разных местах ввода.

Сломанные домашние радио не ремонтировал. Единственное, что мог посоветовать, так это заклеить порванные диффузоры. О перемотке обмотки не было и речи – не было для этого условий. Помню, что с приездом в село калмыков, начались передачи на калмыцком языке, которые начинались словами “Элистен килҗәнә”. Бывали передачи и на татарском. Тогда, кроме имевшихся радо в форме тарелок, вешаемых на стену, появились радио прямоугольной формы. Иногда я включал пластинки. Радиоапратура имела для этого проигрыватель. Особенно часто я ставил татарские пластинки”.

В 1969 году с противоположного берега реки по ее дну был проложен кабель, который у дома Хусаинова Мухаммадьяра выходил на наш берег. На обоих берегах на столбах были установлены большие круглые щиты с изображением якоря, запрещающие судам бросать якорь, на месте расположения подводного кабеля.

Местный радиоузел был ликвидирован, а здание разобрано. Вскоре на этом месте было выстроено кирпичное здание правления колхоза, которое после банкротства колхоза было продано на слом».

Мусаев Рафик Касимович.: «В 1967 году колхозная электростанция размещалась в кирпичном здании на территории механического парка. Динамо машина, дающая ток, вращалась дизельным двигателем посредством бесконечного ремня. Но уже осенью того же года в село пришел промышленный ток. От молочнотоварной фермы села Бекетовка, где был трансформатор, к нашему селу провели новые электрические линии. Теперь деревянные столбы были пропитаны специальным составом. Столбы были прикручены к бетонным пасынкам, которых привезли из Астрахани. К этим сваям проволокой катанкой прикручивали столбы, для предотвращения гниения, пропитанные специальным составом. Той зимой случился перебой в работе линии. На противоположном берегу работала электростанция соседнего колхоза, от которой по вмороженным в лед столбам провели временную электрическую линию. Однажды подошедший ледокол стал перед линией. Председатель колхоза Ибрагимов Хаджимурат поговорил с капитаном. Приподняв провода при помощи длинных шестов, судно пропустили под ними. Но эксперимент подачи электричества через Волгу был неудачным – несмотря на бахвальство работников бахтемирской электростанции, для освещения двух сел ее мощности не хватало».

Сиражетдинов Шамиль Курбангалиевич 1946 г.р. “О телевизоре я слышал будучи учащимся семилетней школы. Но для меня он был чем-то далеким, в Москве, дорогим, поэтому недоступным. Ведь в сельском магазине не всегда в достатке имелся хлеб, мы иногда за которым перебегали по плывущим льдам через реку.

Но телевизор увидели мы намного раньше, чем предполагали. Однажды летом, в выходной день, играя в прятки у правления колхоза, мы, мальчишки, услышали звук радио. Он привлек наше внимание тем, что в это время колхозный радиоузел еще не должен был работать. Мы толкнули дверь правления и в затемненной комнате увидели чудо: на столике в углу стояло радио необычного размера, которое не только говорило, но и показывало. Перед невиданным аппаратом сидели председатель колхоза Ибрагимов Хаджимурат Махмудович с супругой Рауза апа, Бахмутов Анварбик с женой Фаридой Файзуллаевной, бригадир Бакиев Зиннатулла с супругой Данией Мустакимовной, заведовавшей сельской амбулаторией. Взрослые не стали нас выгонять, и мы впервые посмотрели по телевизору фильм “Алитет уходит в горы”, а так же мульфильм, в котором весело танцевала и пела кукуруза, любимая культура Никиты Сергеевича Хрущева.

По словам старожила Мусаева Рафика Касимовича, долгое время проработавшего заведующим районной радиотелемастерской, диагональ экрана этого телевизора марки “Радиа” была 43 сантиметра, а сам аппарат был совмещен с проигрывателем. Случилось это в 1959 или следующем году. Затем этот телевизор установили на сцене клуба, на невысокой тумбе.

Из сельчан первым телевизор марки КВН приобрел Бакиев Зиннатулла, затем «Рекорд 12» купил Абдуллатыпов Абдельвахит. Такой же телевизор колхоз подарил передовице Сайфуллиной Сание. Видимо, из-за слабости телевизионного сигнала счастливые обладатели первых телевизоров устанавливали видимые отовсюду высокие антенны. К владельцам телевизоров смотреть фильмы ходили многие люди, создавая неудобства хозяевам. Позже на экраны телевизионных приемников стали навешивать прозрачные пленки с красными, зелеными и голубыми полосами, которые создавали ощущение цветного фильма.

 

Цифровое и плазменное телевидение

Технический прогресс затрагивал многие стороны сельской жизни села. Стремительно рушились прежняя замкнутость и оторванность от остального мира. Патефонов, едва дожившие до запуска первого искусственного спутника земли, сменяли радиолы. В центральных газетах публиковались сведения о том, в каких областях и в какое время ночи можно будет наблюдать полет спутника на небе. Медленно движущаяся среди звезд светлая точка притягивала взгляд и вызывала гордость за нашу родину.

Еще большее впечатление произвел на нас полет первого в мире космонавта Юрия Гагарина. Мы помним, как после приземления смотрели его встречи с руководством государства, трудовыми коллективами. Я гордился тем, что из сорока тысяч поколений, живших на земле, свидетелями этого события стали именно мы. Наше мировоззрение, во многом похожее на взгляды сельчан 20 – 40-х годов, стремительно менялось».

Что касается компьютеров, то первое упоминание о кибернетических машинах, предшественниках современных компьютеров, тоже относится к временам детства автора. Правда, в то время кибернетика официально считалась буржуазной наукой. Рубеж 20 и 21 веков стал временем взрывного развития компьютеризации. Первый же компьютер появился в 2000 году в колхозе. В том же году для написания книги «История села Новые Булгары» подержанный компьютер приобрел и автор. Чуть позже два компьютера подарили школе, а пятый в селе компьютер автор купил для сына Ильгиза, учившегося в колледже вычислительной техники. Ныне компьютеры и беспроводной интернет, становящиеся предметом первой необходимости, есть во всех учреждениях и многих домах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *